Фанданго
Клуб фантастов Крыма
Гостевая рубка
Еще по теме...

» » Валерий Гаевский "Фантазии об утраченном"

Валерий Гаевский "Фантазии об утраченном"

Аннотация

«Фантазии об утраченном» – один из немногих мистико-фантастических и философско-приключенческих романов современности, оригинально воплотивший идею реинкарнации.

Время написания 1992-1997 годы.

Вспоминая (проживая) девять своих прошлых воплощений, герой погружается во времена разных исторических эпох, оказывается участником мистических событий не только на Земле, но и в космических мирах древних цивилизаций (детей Мориона Маха) и охотников Белого Холста (снежной планеты), попадает в сферы Метаземли в образе нага  Переливта и вещей птицы Каршиптара; открывая память и творчество магического опыта, возвращается в настоящее, обретя себя как целостную индивидуальность, изначально свободную и могущественную.

Все  главы (книги) романа написаны в несхожих стилистических манерах и являются блоками разных литературных «портретов», к примеру: 2-я книга – это «псевдопиратский роман», 3-я – вариация на тему «Сказок 1001 ночи», 4-я – эпос в духе индийской «Махабхараты», 5-я – космическая притча, 6-я – фэнтези, 7-я – мифо-эротическая элегия, 8-я – философская сказка, 9-ю можно назвать гротесковой антиутопией, хотя данные определения весьма приблизительны, ибо текст, по мысли автора, хранит множество тайн и значений.

Всё утраченное иногда выглядит кажущимися потерями, считает автор. Всё утраченное когда-нибудь возвращается. Священные тайны наших миссий на Земле находят нас удивительным образом. И не перестают при этом быть тайнами.

 

Роман Валерия Гаевского

 «Фантазии об утраченном или девять сфер пробуждения».

 

- Вы читали «Фантазии об утраченном…» Валерия Гаевского? Это не роман, а какой-то философский трактат.

- Никакой это не трактат, это поэма, эпическая поэма типа гомеровских.

- А с чего Вы решили, что Гомер писал поэмы, а не философские трактаты?..

Из разговора трех пассажиров                                 

в симферопольском троллейбусе.

 

Познакомился я с Валерием Гаевским на улице в воскресенье.

Я только что сошел с поезда в Симферополе и пошел на книжный рынок. Гаевский стоял в преддверии рынка, у края многолюдного тротуара, торговал своим романом и беседовал с молодыми поэтами.

Я приобрел роман и, через какое-то время прочтя его, поразился, что вот рядом живет писатель-философ, виртуознейше владеющий своей профессией, но не имеющий от нее заработка. Может быть, литература уже никому не нужна? Да нет, в том же поезде я прочел бестселлер Дэна Брауна, разошедшийся по миру миллионными тиражами. Причем Дэн Браун явно отдыхает там, где Валерий Гаевский вступает на тропу творения. Его, Брауна популярный религиозно-мифологический символизм, пристегнутый к детективному сюжету ради его оживляжа и конструирования сенсации, не идет ни в какое сравнение с символизмом Гаевского, поскольку далек от понимания мифа и символа как явленного отзвука психодуховных миров земного человечества. Отсюда, его герои – механические статуи с традиционным, ограниченным и общепринятым для такой литературы, набором психофизических данных. 

Говоря о романе, я, конечно, буду субъективен. Впрочем, кто не субъективен? И что такое объективность?..

Роман Валерия Гаевского – это бег за собой, неистовый и страстный, что позволяет сказать, что это бег за истиной. За чем еще можно бегать так заинтересованно и так страстно?

Герой романа всматривается в историю становления своей души на протяжении вечности. Для этого он проходит через субъективный (внутренний) опыт земного человечества. В связи с этим роман построен на грандиозном и разнообразнейшем мифологическом материале. Уже поэтому он уникален. Не припомню, чтобы такое количество мифов, было использовано в каком либо художественном произведении. Причем используются они не механически, миф не вводится в содержание как таковой со всей атрибутикой и сюжетом, но действие художественного пространства вживается в него и миф начинает новую жизнь по законам этого пространства, вовлекая в действие и вбирая других своих собратьев. Устремляясь вперед, он начинает физически зримо одаривать читателя новым вкусом и запахом, соком, и энергией действия. Валерий Гаевский использует индусские, кельтские, зароастрийские мифы, показывая себя их редкостным знатоком. Такое многочисленное встречание мифических имен, терминов, мотивов, можно обнаружить, пожалуй, только в специальной или философской литературе. На ум сразу приходят Е.П. Блаватская, Р. Генон, Менли  П.Холл, К.Г.Юнг, но никак не беллетристы. Сходство кричит о себе не только, и может быть не столько мифологической насыщенностью текста, а более всего биением напряженной мысли, страстью к обнаружению. В.Гаевский, как и его герой, страстный охотник, охотник за непостижимым. И чем больше непостижимое позволяет обнаружить себя на тропе преследования, тем напряженней охота, тем больше скорость преследования и жарче жажда овладения тайной, которую Вечность носит в устах, и лишь иногда может шепотом бросить некий образ в спину избранному.

Видел ли кто охотников, смотревших ей в лицо и пивших из ее уст?

Герой романа В.Гаевского желает сделать именно это. Он гонится за Вечностью как за возлюбленной. Между тем тайна зачастую находится рядом. Она возникает в виде некой женщины в первой новелле, во второй книге появляется тихо в виде жены героя по имени Анитабель, а в третьей он освобождает возлюбленную, которая уже носит имя Даэна, из плена трехглавого дракона Ажи Дахака. Она же, возлюбленная и тайна под другими именами продолжает сопровождать героя на протяжении всего романа, всех его девяти книг. Конечно не так все однозначно, поскольку роман многопланов и полифоничен как жизнь. Его смыслы наслаиваются друг на друга, и входят друг в друга, образуя некое фантастическое здание, архитектура которого, несмотря на завитки и вычурности, все-таки никак не барокко, но и не рациональна как античный храм, а скорее родственна древне индийским сооружениям. Вместе с тем роман современен, поскольку не отмежевывается от интеллектуального способа построения и предпочитает скорее действие, чем созерцание. Он смотрит и ведает из современности.

Гаевский довел литературу действия до совершенства, и она в конкретном воплощении его романа перестала быть тем эрзацем, который пренебрежительно именуется массовой культурой. Его роман явно не принадлежит к массовой культуре, его не станет читать любитель сладенького, кисленького или ужасненького, а если и станет, то  устанет быстро и бросит. Это не легкое развлечение. Но это развлечение благодарное.

К роману хочется возвращаться, что согласитесь, случается не часто. Он требует неоднократного вчитывания и разгадывания, потому, что настоян на мудрости веков и таит множество открытий для ищущих.       

 

Вячеслав Беспалава (Балаклава, Крым) 

Севастополь, Балаклава, 07.11.2005г.


ФАНТАЗИИ О ФАНТАЗИЯХ

Отзыв на роман Валерия Гаевского «Фантазии об утраченном»,


 

Открылись мне Небесные Врата,

Из птичьих перьев надеваю платье,

Взнуздав Дракона, мчусь я неспроста

Туда, где ждут меня мои Собратья.

 

Я линьчжи ем в Восточной стороне

У Жёлтых рек, вблизи вершин Пен-лая

Сказали мне: «Ты снадобье бессмертия прими,

И будешь вечно Жить, не умирая».

 

Цао Чжи

 

 

Литературу классической делают слог, мысли и воображение автора. Без каллиграфической вязи, сотканной из чувства стиля и чёткого владения Словом, раздумья и фантазии писателя растворяются в тумане времени. И читатель забудет его...

Без высокой мысли в произведении авторы уподобляются игрокам в бисер – адептам игры пусть изысканной, но бесполезной... Без полёта воображения и Творения Мира слог и идеи, заложенные в произведении, лежат тяжёлым грузом, не смея взлететь, как бескрылая птица. И читатель забудет прочитанное...

И Слог, и Мысль, и Фантазия пронизывают роман Валерия Гаевского «Фантазии об утраченном», создавая пространство, в котором три статические координаты (длина, ширина, высота) и одна динамическая координата времени расширяются в измерения невиданные, неслышимые и неощущаемые людьми. Но при этом прекрасно описываемые автором, и у читателя возникает возможность попробовать «примерить» к себе более высокие сферы, где измерений больше, где чувства богаче, а время течёт в разных направлениях...

Это Эпос – Эпос и мифический, и героический. Эпос, в котором судьба героя проложена через века и измерения, сквозь страны и миры... Предлагаемый роман – не чтение «выходного дня». Читатель не сможет проскользнуть страницы по диагонали, пролистывая описания неинтересных героев или пейзажей, следя за полюбившейся сюжетной линией. Не таково это произведение.

Чтение «Фантазий об утраченном» – это труд. Работа интеллекта, обогающающая и интеллектуально, и морально, дающая и новые знания уму, и новые силы душе. Это произведение воспитывает и вкус, и Человека. Оно работает и в мире материальном, и в пространстве литературы, и в душе читающего. Чтение требует навыка размышления, таланта воображения и весьма развитой души... Оно рождает мысли, мечты, желание углубиться в Мир Автора, сотканный и из средневековых манускриптов, и из эпоса народов мира; из схоластических работ и метафизики, религиозных трактатов, архетипов Бессознательного и живописи невиданных форм...

Современные читатели разбалованы Голливудом, предлагающим следовать за показанной картинкой бездумно, принимать уже существующие и одобренные штампы, миры, образы. Отвлекитесь от привычного экрана. Подумайте, что то, что вы можете создать в вашем воображении, – больше, мощнее, величественнее и прекраснее, чем мир, выливающийся на плоский экран. Вспомните, что вы пришли в этот Мир не для удовлетворения инстинктов и растрачивания отпущенного времени, а с целью Творения. Только акт Творения отличает человека от животного. Только акт Творения возвеличивает человека и делает его Богом...

Высится среди закрытых особняков Дом Магов, в котором огонь может отдать сожжённое, а жертвоприношение становится проклятием для жрицы... Бороздит моря гордый корабль, то попадая в призрачные миры фоморов, где из пены морской возникают лошади-сфинксы в блеске голубой чешуи, то прорастая кораллами и ракушками, наподобие корабля-призрака, нигде не могущего найти свою Гавань... Из мира трёхглавого дракона похищает герой любимую, потерянную семь веков назад в огне... И собирает осколки Божественного человек, Рождённый у Алтаря, среди людей-змей и людей-птиц... Дрейфует Бегущий Оазис среди Миров Охоты, и охотник в лице своего ученика воспитывает своё «Я» – где Бог – мир по имени Белый Холст, а пространство и время враждебны и независимы друг от друга... Высятся замки-деревья, служащие домами драконам и златочешуйчатым существам в мире, самыми древними обитателями которого являются дымообразные... А пророк путешествует в объятиях полюбившей его сущности, которая служит ему и одеждой, и «капсулой» передвижения в мирах, и защитой от убийц... Творец являет себя в своём творении, познавая создаваемый им мир – таков Валерий Гаевский, автор «Фантазий об утраченном», Маг и Посвящённый, бессмертный трёхглавый дракон Ажи-Дахака и вечный любовник цариц-нагинь...

Как нанизывает искусник бусины на нить, сотворяя из отточенных частей Целое, так завиваются дымом священного огня части романа, сплетая воедино жизни из разных эпох, стран и миров, зачастую невообразимых... Богатейший язык романа – язык красивый, искусный, причудливый... Сюжет необычный, пугающий – сюжет прихотливый, сложный. Как сам автор признаётся в предисловии, это произведение писалось им не с начала до конца, а по спирали: более поздние главы ложились на бумагу первыми. И читать «Фантазии об утраченном» можно двояко – либо с начала до конца, либо следуя порядку написания.

Это очень глубокий роман... Он глубже, чем кажется на первый взгляд. Он подымает вопросы долга и чести, предназначения и верности слову... Он ставит перед героем выбор, раскалывающий его душу и уничтожающий его «Я». Он бросает вызов страху – вечному ограничителю Полёта... Но что есть страх, как не реакция тела и ума на преодоление привычных рамок? Когда они пройдены – страх исчезает, и за спиной расправляются крылья, вырывая из привычной среды того, кто вчера ещё ползал, и сменяются Миры и Времена...

Мы, современные люди, убоги умом. Мы стремительно поглупели за прошедший век, купаясь в неге, потеряв чувство ритмов планеты, изнежившись в своих каменных джунглях. Мы потеряли что-то важное за своими удобными, стремительно меняющимися гаджетами, за безопасностью виртуальных игр и отношений... Мы растратили способность любить, ненавидеть, бороться. Мы думаем так, как нам говорят, что мы должны думать... Мы носим ту одежду, в которую нас старательно облекают создатели моды. Мы пахнем искусственными запахами, забыв запах кожи любимых нами людей и свой собственный... Мы живём так, как нам показывают на рекламных биллбордах... Мы так послушны и так предсказуемы... до дрожи отвращения... Давайте вспомним, что мы – НЕ ТАКИЕ! Что каждый из нас – совершенно уникальная комбинация Материи и Духа. Давайте вспомним, что каждому из нас нужно что-то своё – не обязательно то, что нужно нашему соседу или партнёру. Давайте вспомним, какие мы особенные... Давайте вспомним, что мы – Творцы...

Как причудливы и фантастичны миры Босха, Дали и Исачёва; как труднопостижимы и сложны для современного рационального ума Махабхарата и Авеста; как глубоко философичны Гессе, Свифт и Хомяков; как опровергают очевидное Платон и Шопенгауэр – готовьтесь, так же непоследователен, фееричен, гениален и непредсказуем Валерий Гаевский. Готовы ли Вы, читатель, уподобиться робкому Али-Бабе, с трепетом ступающему на волшебный ковёр, который унесёт его вдаль от привычных улиц, площадей и базаров? В мир, где всё фантастичное обычно, а всё обычное – нереально... Приготовьтесь, Ваше путешествие обещает быть и трудным, и прекрасным... и принести плоды, которые обогатят Вашу жизнь...

Причудливой вязью рисует искусный каллиграф-автор невиданные пространства, невообразимые и прекрасные... Яростно сражается деревянная статуя шестирукой богини Кали, в смертельном объятии убивают друг друга древние боги, огромный моллюск служит и постелью, и чувственным подарком красавице, происходят соития нагов, а ужасный дракон творит миры... Замки переносятся из Мира в Мир, и нитью соединяет Миры Яви и Нави – нет, не герой – Творец, познающий себя в своём творении... Охотник превращается в дичь, а верный друг хранит иную память о прошлом, и веки его прозрачны... И наги и потомки Василисков становятся так понятны и близки...

Существует мнение, что человеческий мозг ничего не может придумать... Что образы, навеиваемые фантазией, – лишь тени Архетипов, сражающихся в другом мире Титанов, грозящих выйти из своего насильственного заточения. Эта теория основана на постулатах современной физиологии и служит щедрым полем для идей, порождённых понятиями реинкарнации и ноосферы. Но произведения, подобные «Фантазиям об утраченном», бросают вызов этим рассуждениям. Человек БЫЛ и ЕСТЬ Божество. И даже смертное тело не может остановить процесс Творения – Бытия.

Cреди всех видов искусств особо сложным является Искусство Обладания. Можно быть выдающимся оратором, но не обладать при этом Даром Владения Словом. Быть художником – не значит иметь Дар Обладания – холстом, кистью, красками... Слыть любовником – не подразумевает владеть Искусством Любви...

Автор «Фантазий об утраченном» владеет многими талантами – из них Дар Обладания Словом и Дар Обладания Мирами. Он создаёт из небытия, из Хаоса Новые Миры, а Старые Миры превращает в прах... В его фантазиях зарождается жизнь и завершаются циклы мирозданий... Он вершит под музыку небесных сфер прошлое, настоящее и будущее, выступая в качестве и Ляхезис, и Атропос, и Клото...

В дошедших до нас текстах древних Вед есть такие строки: «Для разрушения читты имеются два пути – йога и джняна. O царевич среди мудрецов, йога – это (принудительное) сдерживание модификаций ума (вритти), а джняна – их всестороннее исследование». С этой точки зрения, «Фантазии об утраченном» – медитативная практика, джняна, в вечном стремлении человека преодолеть ограниченность тела, пространства и времени и вырваться в вечность, в Антимир, где все законы этой реальности можно опровергнуть... И не будем называть этот роман фантазией, назовём это преддверием Со-Творения...

 

 

Как привратник, которого верховный раджа поставил открывать ворота своего города, я приглашаю Вас, читатель, последовать в удивительный, магический мир и исследовать свой Ум в вариациях Творения Валерия Гаевского... нет, Себастьяна Несса...

 

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

 

Лара ДЕЛАЖ г. Оре, Франция 25 февраля 2018

 

P.S. «Горе вам из-за колеса, крутящегося в мыслях Ваших» – одним из базовых характеристик просветленности служит остановка мысленного диалога.


По вопросу приобретения книги обращайтесь непосредственно к автору: fandangle@list.ru

Комментарии:

Оставить комментарий
вверх